Рита Маре, «Заряд»

Надо признаться, никогда прежде я не читал ромфант. Но стоит открывать для себя новое, к тому же я до сих пор надеюсь, что среди самиздата я когда-нибудь найду такое произведение, что повергнет меня в катарсис, ну, хотя бы заставит уважительно снять шляпу перед автором. Стоит отметить, что «Заряд» — пока лучшее, что я читал из самиздата, но всё же не лишённое недостатков. Впрочем, обо всём по порядку.

Отмечу: «Заряд» — это не ромфант в чистом виде. Автор здесь работает на стыке жанров, и к ромфанту в нагрузку присоединятся антиутопия с достаточно интересным фантдопом: жители, условно говоря, человеческой цивилизации, пережившей некую катастрофу, поделены на страты, и в верхних стратах демографическая ситуация контролируется тем самым зарядом – некоей штукой встроенной в тело человека, которая не позволяет изменять, создаёт невыносимые болевые ощущения при половом контакте вне брака. Но некоторых, в силу особенностей организма, может и убить – и такова героиня книги.

Поскольку мы имеем дело с ромфантом, то в основе сюжета лежат любовные треугольники – причём как для главных, так и для побочных линий. Однако их здесь не так много, читатель не запутается. Логические вопросы взывает скорее, поведение Уны с первым любовником, Меном. Она не ищет развода, но в то же время ищет способа избежать действия заряда. Но когда Мен ей заявляет, что Акты – так, и только так, с большой буквы, здесь называют соития, секс, занятия любовью – не стоят усилий, ведь можно достигать удовольствия и некоторыми другими путями, Уна обвиняет его в эгоизме и рвёт с ним. Этот сюжетный ход держит меня в недоумении до сих пор, впрочем, для многих женщин такая логика характерна: толком не объясняя своей позиции, обвинить партнёра в бездействии. Делается это бездумно или преднамеренно – конечно, вопрос не последнего порядка, но здесь оставим его за скобками.

Заряд, кстати, тоже не остался без вопросов. Если он призван контролировать демографию – иначе зачем он нужен – почему он не работает до вступления в брак? Ведь из того же романа мы узнаём, что не женатый Абель – друг Уны – имеет множество Актов. Но если у свободных его нет – зачем вообще тогда нужен? Почему нельзя обойтись законами и пропагандой? И почему-то закрадывается подозрение, что он устанавливается только у женщин, хотя иногда упоминается, что и у мужчин он тоже есть: «…тем более у него снят Заряд», однако я так и не заметил какой-то тревоги по этому поводу у мужчин. И если заряд действительно так важен, почему Уну не ловят и не наказывают после побега с перезарядки? Ведь если государство пошло на такой серьёзный шаг, как массовое вживление некоего механизма, влияющего на интимную жизнь, то уклонение от него должно караться – хотя бы той же ссылкой в Боттон.

И кстати, о Боттоне. Точнее даже не о Боттоне, а об общественно-экономических отношениях вообще. Какую формацию мы видим? Капитализм? Социализм? Прямого ответа в книге нет – о способе владения средствами производства здесь не говориться. По неким косвенным признакам: наличие индустрии рекламы, социальное расслоение, презрение к населению Боттона, занятого судя по всему, массовым тяжёлым и неквалифицированным трудом: «…Это Низы, — скривив нос, высокомерно бросила Дружественная Личность и недовольно взглянула на своего Брачного Индивида. — Что о них говорить, нелюди…» – я заключаю, что дело имеем всё-таки с капитализмом. Но Рита, как видно, политэкономией владеет весьма слабо, и поэтому в Боттоне секс не контролируется совсем, а дети не рождаются. Хотя именно при капитализме, низы будут как раз иметь неконтролируемое размножение, и это будет непосредственно обусловлено экономически: дефицит рабочих мест удешевляет рабочую силу, а значит минимизирует издержки владельцев средств производства. К сожалению, массово армию рабочих одной ссылкой из Системы-1 не наполнить.

Да и в самом конце автор себе подыгрывает. Разговор с Верховным Правителем весьма похож на разговор Нео с Архитектором – но в самой похожести полбеды. Почему Верховный решает объяснить ей всю подноготную? Зачем ему нужно раскрывать перед ней карты? Только потому, что внучок попросил? А сам Морин не мог этого сделать? Он ведь наверняка знает нюансы мироустройства. Да и потом – зачем объяснять всё так подробно, некоторые вещи будут известны обычным жителям уже со школьной скамьи – как суровая необходимость в условиях выживаемости человеческой популяции – если уж говорить, о некоей глобальной катастрофе из прошлого. И если честно сказать, то некоторые вещи после разговора с Верховным как бы теряют ценность во всём предыдущем тексте и нарушают некоторую логику мироустройства.

Отдельно хотелось бы сказать о стиле. В романе прослеживается авторский стиль, но в то же время количество стилистических огрехов велико. Цифры вместо числительных, аллитерации, опечатки и пунктуационные ошибки – можно закинуть невод, чтоб доставать их. Некоторые вещи в книге не имеют синонимов, например, одежда Уны всегда называется «наряд», и на небольшом участке текста это тоже режет взгляд. Названия мужчин и женщин – отдельная беда. Мужчины стали индивидами, а женщины – личностями. Нигде не даётся объяснения, кто есть кто из полов, и где-то до середины книги я ломал голову: когда человека нужно называть личностью, а когда – индивидом? Как часть антуража — это интересная находка, но иногда доходит до смешного, когда автор на больших интервалах текста, порой до нескольких тысяч знаков, забывает о местоимениях и именах персонажей. Некоторые предложения в этом смысле заставляют просто недоумевать: «Мен ласкал личность, Личность с остервенением целовала Мужского Индивида». Тут же стоит отметить о некоторой телепатии персонажей, когда собеседники Уны сразу понимают кто такая Чёлка – всего по одной реплике и без объяснения внешности персонажа. Или: как Уна догадывается, что Морин – внук Верховного? В тексте нет ни единой логической выкладки на этот счёт. Кроме того, в последней трети текста Боттон вдруг становиться не просто топонимом, но и ругательством, и даже больше – начинает, словно «ку», заменять любые слова в предложении: «Какой боттон мне разводиться?» И это тоже было бы хорошо, как часть антуража, если б использовалось по тексту везде.

В целом же, несмотря на описанные недостатки, замечу, что текст держал меня: любовной составляющей, интересным антуражем, неплохим фантдопом, а ещё мне понравилась главная героиня – мне кажется, это лучшее, что получилось в тексте, наверное, это потому, что она единственный фокальный персонаж, а логика её поведения и мотивы не очень отличаются от современных. Однако огромное количество недочётов могут отпугнуть бывалого читателя, поэтому, по моему скромному мнению, автору ещё рано продавать тексты за деньги.

Такие дела.