Соцопрос

Пока тут все обсуждают Путина-Шмутина и его кривую линию, со мной происходит нечто более интересное.

Вчера позвонили из какой-то организации и среди меня начали проводить соцопрос — об отношении к политическим репрессиям.

Всегда поражала крайняя ненаучность и идеалистичность задаваемых вопросов. Отвечать предлагалось «не в соответствии с законом», а на основе личных убеждений. Ну это ещё полбеды, но вот выдернутость из контекста почти всех предлагаемых ситуаций и отсутствие варианта «Затрудняюсь ответить» меня поразили сильно.

Ну вот например. Нужно ли на обелиске в память жертв репрессий, высечь имена не только осуждённых гражданских, но и чекистов, их посадивших, но репрессированных в последствии? Хех, а высекать будем и бандитов, севших по 58й? Понятно, что были невинно осуждённые и чрезмерно много, но ведь были и реальные вредители — всех высекать? А репрессированные чекисты — среди них были и те, кто сфабриковал, но были и те, против кого сфабриковали. Ну, как тут отвечать?

А вот ещё: некий молодой человек узнал, что его деда расстрелял без суда и следствия дед его друга. Нужно ли об этом рассказывать другу? Мало того, что контекст ответа лежит в настоящем, и зависит от отношений внуков, характеров и политических убеждений, так ещё и лежит в прошлом. Что значит «без суда и следствия»? При попытке к бегству? При задержании? Действительно незаконно? Сел ли тот дед, если это было незаконно? Или «без суда и следствия» — это по приговору «тройки»? Я просто хочу напомнить, что в отличие от идеалистического представления, где закон — это нечто непреложное и гуманистическое, в материальном мире «закон» значит «возведённая в абсолют и документально оформленная воля правящего класса», и согласно этому определению «тройки» как раз были законны.

Или вот тоже перл. Нужно ли отношение к репрессиям устанавливать на основе воли государства, или согласиться с историками, утверждающим, что каждый имеет право на собственное мнение? Как можно ответить на неверный вопрос, где в качестве ответа есть два неверных варианта? Историки-то может и считают, что каждый имеет право на мнение, но публично высказаться можно только в строго научном ключе, если ты не Резун и не Панасенков, конечно. А волю государства мы видим и так: всех чешут под одну гребёнку, а самым главным чекистом-упырём почему-то является тот, кто эту кровавую кашу остановил.

Ну а в конце меня добили вопросом: является ли признание католической церковью покаяние за инквизицию слабостью церкви или её возрождением? Как бы наводящими вопросами заставляя нас задуматься и переосмыслить исторические факты.

Теперь даже и не знаю, что там в моей анкете — позволяет ли софтина интервьюера пропустить пустые графы в ответах, или что-то натыкали за меня: ведь я действительно не знал, что отвечать и отказывался от обоих вариантов.

Так что ждите скоро новую идеалистическую брехню от Левада-центра или кого-то похожего. Такие дела.

Голунов

Трудно было бы предположить, что у широкой общественности была бы какая-то другая реакция на инцидент с данным журналистом. Ну, в самом деле, работая не в самом бедном СМИ, подрабатывать производством наркотиков — ну зачем? Даже не надо сомнений — дело сфабриковано. Ивану можно пожелать только терпения.

Впрочем, суть присходящего как всегда несколько шире, и выходит за границы конкретной ситуации.

Большая проблема всех медузовцев, новых газетчиков и прочих журналистов иных либеральных изданий — это вера в идеализм, вера в возможность вскрыть нарывы капитализма оставаясь внутри капитализма. Явление коррупции — во всяком случае явление массовое конкретно в нашей стране — это следствие не просто сращивания власти и капитала. Само сращивание власти и капитала возможно везде, где существует частная собственность на средства производства. А значит бороться нужно не с коррупцией, тем более путём журналистских расследований, способных вскрыть один-два гнойника в год. Бороться нужно с самой общественно-экономической формацией, а как это сделать… Впрочем, об этом на рассказала история столетней давности.

Дети в военной форме

На этой фотографии мне девять лет. На мне кирзачи 36-го размера, защитная ветровка — вот, собственно, и всё, что в 1998 году можно было достать военного детских размеров.

Сегодня какая-то непонятная волна негодования поднимается по поводу того, что детей — неважно, на праздник девятого мая или нет, наряжают в военную форму. Мол, милитаризируемся, хотим войны, романтизируем войну в детских глазах, а война — это всегда страдания, боль утраты, горе и просто ад.

Понятие о том, что война — это ад, пришло ко мне постепенно, и укрепилось в сознании годам к пятнадцати. Вообще, если это не приходит в голову в подростковом возрасте, то дело не в военной форме, тут что-то с психикой. А в девять лет у меня не было галифе и гимнастёрки, поэтому я играл партизана — у них же не всегда уставная форма, да ещё у меня был деревянный MP-40, и я представлял, что он трофейный.

Тогда в моей голове сидели образы из хороших военных фильмов: «Они сражались за родину», «Я — русский солдат», «Освобождение», «Сталинград» — их герои защищали Отчизну. И меня никто не заставлял играть «в войнушку» — у меня перед глазами был пример настоящих и вымышленных героев моей страны. Это всё шло изнутри меня, из моей собственной головы.

Конечно, я против принуждения к такому образу. Для игры или, например, новогоднего карнавала, ребёнок может и сам выбрать костюм. Да в общем и на девятое мая можно поинтересоваться — хотел бы он надеть такое. Но вы спросите — и он ответит «да», я вас уверяю. Если он смотрел вместе с вами правильные фильмы, конечно. Но как вы отнесётесь к костюму, скажем, гусара, а? Они ведь тоже воевали, и их войны были ничуть не лучше современных. А рыцаря? И они убивали и участвовали в войнах. А мушкетёра? А пирата? Витязя?

Вот уж не знаю, кто первым подкинул идею всеобщего бугурта по этому поводу, но она явно не здравая. Как по мне, тяга к военным игрушкам, автоматам, танчикам, ракетам, такая же нормальная, как и отсутствие этой тяги. Это вообще у мальчишек в крови — военные игрушки. И чем же плоха военная форма по сравнению с игрушечным танком?

Но здесь, я чувствую, логика где-то тормозит, и останавливаться только на детских костюмах.

Такие дела.

«Никогда больше» или «Сможем повторить»?

Видимо, Великая Отечественная Война будет длиться до тех пор, пока некоторые пропагандистские максимы будут обильно заселяться в политически неокрепшие умы.

Словно поле красных маков, разрастается тренд «Никогда больше», и как поляна алых гвоздик растёт море лозунгов «Сможем повторить».

До недавнего времени я считал «Никогда больше» фразой, устоявшейся после первой мировой войны – выросшей из понимания, что вина за первую мясорубку лежит одинаково на Антанте и Тройственном союзе, проявивших свои хищные империалистические интересы. Это так же подтверждается некоторыми статьями, например, здесь: https://anlazz.livejournal.com/186172.html – однако там ссылок на более достоверные источники я не нашёл. Возможно, это отнесение к ПМВ было мною почерпнуто ещё где-то – теперь уже трудно найти.

Но фраза эта несёт в себе и посыл нам, современникам – мол, никогда больше не должны повторить ужасов войн, и по отношению ко Второй Мировой Войне она появляется в 1968 году, как общий призыв еврейской нации не повторить ужасов Холокоста (https://traditio.wiki/Never_again).

Сегодня, в современной России, «Никогда больше» противопоставляется тезису «Сможем повторить». В дополнение к фразе всегда идёт бушующее пламя ненависти: что вы, мол, можете повторить? Геноцид, массовые расстрелы мирных граждан, ленинградский голод, искалеченные судьбы, руины Сталинграда и выжженные дотла деревни? Я замечу, повторение – это некая следующая итерация уже сделанного, то есть геноцид, массовые расстрелы мирных граждан, ленинградский голод, искалеченные судьбы, руины Сталинграда и выжженные дотла деревни – приписываются и нашим предкам тоже. Предкам, защитившим и отстоявшим страну в 1941-1945 годах, приписывается именно это. То есть весь ужас войны приписывается тем, кто своими руками весь этот ужас завершил.

Я скажу так, в современном контексте использование лозунга «Сможем повторить» мне тоже не нравится. Меня коробит, когда на машины лепят наклейки с этой фразой – кто-то добренько получил за неё бабок, а вы добровольно возите на своём авто сцену гомосексуального полового акта. Но безотносительно наклейки, если учесть, что повторение – это следующая итерация, то необходимо вспомнить, что совершили наши предки, наш советский народ: это советский народ освободил половину Европы, в том числе освободил узников лагерей смерти, это советский народ остановил собственный геноцид, и это советский народ задушил коричневую гадину в её собственном логове. И если фразу «никогда снова» ещё можно интерпретировать как чаянья советских людей больше никогда не воевать, что вполне здраво, то высказанная в виде «Мы никогда не должны повторять ужасов войны», переосмысливает подвиг советского народа, и вообще отнимает у него совершённый подвиг – я ещё раз повторюсь, советский народ не является причиной возникновения военного ужаса, он как раз-таки его остановил.

Надо так же знать, что фраза «Никогда больше» в том числе, используется и русскими националистами (https://traditio.wiki/Больше_никогда) – и вы должны внимательно посмотреть, во-первых, кто использует, а во-вторых, увидеть один из главных тезисов: частная собственность на средства производства, то есть пункт, благодаря которому сначала растёт капитализм, а из него – империализм, главный папа обеих мировых войн. Получается, что лозунг работает против себя самого?

Да, я не люблю фразу «Сможем повторить» – из-за её оголтелого ура-патриотизма и шапкозакидательства. Чтоб повторить, нужно уметь повторять, но я уже писал об этом: нужно хотя бы теоретически иметь подготовку, а всё что у нас сегодня есть – это любовь к Родине. «Сможем повторить», так нагло эксплуатируемая в целях получения маржи, не про ужасы войны. Она – про любовь к отчизне, о её защите. Хотя и этот тезис многими сегодня опровергается: мол, никто не нападает, а значит и говорить о защите Родины, да ещё в таком ключе – не имеет смысла. И это тоже вызывает у меня недоумение, как так – не быть готовым защитить свою страну? Да, сейчас никто не проявляет агрессию так, как в своё время это делал Гитлер, но разве не будет поздно, когда это начнётся? Ведь никто не может сказать, когда случится новая мировая бойня – то ли завтра, то ли через пятьдесят лет. Наверное, древние римляне были совсем дураки, если изрекли фразу «Хочешь мира – готовься к войне», она же «Si vis pacem, para bellum» (https://ru.wikipedia.org/wiki/Si_vis_pacem,_para_bellum). Видимо, это должно относится к чему-то другому, только не понятно к чему.

И выбирая из двух зол, выбирая между «Никогда больше» или «Сможем повторить», я выбираю «Сможем повторить», потому что, когда придёт враг, у меня не останется выбора.

Интеллектуальное пиратство и исторический материализм

Двадцать третьего апреля весь мир как всегда осудил интеллектуальных пиратов, однако суть проблемы кроется не только, а может быть, и не столько в жажде наживы, сколько в комплексе процессов, происходящих вообще по всему миру. С продажей нелегального контента и так всё понятно, продажа краденого есть продажа краденого, но и заработок на трафике я бы всё-таки не стал причислять к подобному, во всяком случае поголовно – смею заметить: читая данную заметку у меня на сайте, вы тоже помогаете мне заработать на трафике. Здесь нужно затронуть идейную составляющую.

Дело тут, во-первых, в прогрессе. Прогресс даёт техническую возможность воспроизводить копии и давать к ним доступ огромнейшей массе населения. Пирату – будем этих граждан так называть – даже не обязательно иметь цифровое издание, когда можно листок за листком отсканировать книгу и собрать её в «.djvu» или «.pdf». При определённой сноровке для этого нужно полдня, ну, день. При существующей возможности украсть – будут воровать всегда, и разговоры о менталитете или «дозревании» общества здесь несколько наивны. Как известно, на западе общество дозрело тем, что пиратов просто пересажали, если не всех, то многих, а за трафиком и контентом следят. Это вообще аргумент и к разговору о свободном интернете в западных странах.

Ну и во-вторых, дело в идее всеобщего доступа к объектам культуры. Я и сам приверженец этой идеи, и смею заметить, что для того, чтобы сделать произведение искусства максимально доступным, нужно сделать его бесплатным. Многие из тех, кто пиратит книги, придерживаются данного постулата, и более того, многие из них считают себя если не коммунистами, то социалистами точно. Именно поэтому я сравнил сайты бесплатного доступа с публичными библиотеками – в России, слава богу, они ещё бесплатны. И здесь, конечно же, необходимо понимать: учитывая откровенно невысокий уровень доходов населения в нашей стране и цены на некоторый контент, искушение сделать его бесплатным останется ещё весьма долго.

Помимо прочего нельзя забывать о качестве контента. Иногда приходиться слышать и читать мнения, мол, не готовы за некачественное платить – и в этом я полностью поддерживаю обывателей. Здесь тоже находятся возражения, поборники и некачественное защищают. Однако я бы напомнил, что в сфере товаров, воплощённых в металле, стекле, пластике и прочих конструкционных материалах, принято возвращать некачественное продавцу, обменивая на деньги обратно, либо не покупать вовсе. Но это отхождение от темы.

В сущности, мы имеем классическую ситуацию истмата, когда технический прогресс даёт совершенно иные возможности для товарных отношений и меняет базис. Бесплатный доступ к объектам искусства – это вообще из коммунизма, так, на минуточку. Но надстройка, то есть законы и все нетоварные отношения, заставляют нас вертеться по-капиталистически.

Здесь нужно рассмотреть ещё один аспект. Кем является писатель по отношению к издателю, если учесть, что издатель владеет средствами производства? Писатель – есть пролетарий. Да, исходя из академического определения пролетария, субъекта, продающего возможность к труду и не владеющего средствами производства, мы получим весьма интересную ситуацию. Понятно, что некоторые возразят, мол, какой пролетарий, где я и где токарь Вася, но данные возражения – суть результат деклассирования, самостоятельного либо путём пропаганды. Я повторю: писатель – суть пролетарий, пусть и специфического свойства.

Понятно, что издатель накапливает у себя всю прибавочную стоимость – отсюда и стремление украсть текст и сделать его бесплатным. Но воруя у капиталиста – так же воруешь и работающего на него пролетария, лишая того, во-первых, работы – а смысл платить за то, что в итоге будет украдено, а во-вторых, перекладывая издержки на тех, кто ещё покупает книги – ибо никогда, запомните это, капиталист не будет компенсировать издержки за счёт собственной прибыли. В этой связи было, конечно, интересно посмотреть на динамику цен за рубежом – упали там цены на книги после того, как пиратов забороли? И если нет, это много скажет о «капитализме с человеческим лицом».

Пока мы загнаны в парадигму капитализма, ему трудно что-то противопоставить законным способом. Выводы делайте сами. Впрочем, выводы для себя я уже сделал.

Нотр-Дам сгорел

Беда!!! Собор Парижской Богоматери, тот что во Франции, в Париже, сгорел. Говорят, что не весь — даже фото прикладывают. Моя лента Фейсбука заполнена постами и репостами русскоязычных плачущих френдов. Сомнений нет: Нотр-Дам — мировая культурная ценность. Поэтому все рыдают.

А вот под Смоленском, в России, который год идёт незаконная застройка археологического комплекса Гнёздово. Исторические пласты сравнивают с землёй. В том, что Гнёздово — мировая ценность, сомневаться не приходится, там объекты материальной культуры собраны со всей Евразии. Только по Гнёздово почему-то френды не плачут. Всем пофиг.

Хотя, где Франция и где Россия. О чём это я?

Когда нет пропаганды…

На глаза попался материал: https://www.bbc.com/russian/features-47205296?fbclid=IwAR0bwEvBcrlcttHVGlJHwr4Yh0HBYhmaJ_xTEvDn7FdvItCBAQSoWKD2u2A

Ну, по урлу видно, что материал с Би-Би-Си. Британский то есть. Я, честно признаюсь, дочитал до середины, а дальше не смог.

А теперь два тезиса. Первый: за рубежом пропаганды нет. Это понятно, даже детям и ежам. Второй: американцы накосепорили в Афганистане и расхлёбывают это дело до сих пор, а кое-где ещё и имеют с этого барыши.

И снова прочитайте статью. И посмотрите, в каком свете там представлены советы. Пришли — плохо, ушли — тоже плохо. Советы — это само по себе плохо, в любом случае. И американцы — всегда молодцы. Кстати, о факте спонсирования моджахедов — ни слова.

А теперь ответьте себе два вопроса. Первый: существует ли пропаганда на западе? Второй: есть ли у России враги, если такие материалы до сих пор имеют место быть?

Ленинград, Ленинград…

Если б я написал это вчера, это было бы пляской на костях. Впрочем, дискуссии на эту тему, начинаемые определённым слоем нашей творческой интеллигенции, являются пляской на костях в любой день.

Я не буду обличать обличителей или выводить на чистую воду выводителей на чистую воду. Но вот что скажу. Никогда не верьте фактам, которые доказываются на чистом нарративе, без документов, особенно дневниковым записям, и уж тем более, если их первая публикация приходится на период кампанейщины. Верьте документам, товарным накладным, талонам на топливо, неоднократным безоценочным показателям свидетелей. Помните фразу, сказанную одним небезызвестным русофобом: чем чудовищнее ложь, тем быстрее в неё поверят.

И ещё. Таких в ленте вроде не было, но чувствуется, что мысли витали. Если кто-то считает, что «может повторить», то у меня встречный вопрос: ну хотя бы, а чем отличается бруствер от капонира, можете указать? Ползать по-пластунски умеете? Автомат разобрать и потом собрать? Без начальной военной подготовки мы ничего не сможем повторить, ну или длительное время будем пытаться безуспешно. У меня нет НВП. И это плохо. А нажимать красные кнопки, всегда быстрее, чем пройти НВП.

Такие дела

ПМВ

Сегодня 12 ноября, а вчера — 11го «весь цивилизованный мир» отмечал окончание первой мировой войны.

В России этот день не отмечается никак. Надо бы ввести день памяти и скорби — по солдатам, погибшим за интересы капиталистической верхушки общества.

Если во Второй Мировой всё более или менее понятно — некий сумасшедший хотел захватить весь мир, то здесь у людей обычно возникает ступор. Война велась за передел уже поделеного мира, за новые рынки сбыта и территории с ресурсами — абсолютные интересы капитализма. Хотя и в ВМВ было тоже самое, правда более удачно прикрытое идеологией нацизма.

Сегодня Россия, более-менее укрепив армию, вновь воюет за рынки сбыта — ведь война в Сирии ведётся и в том числе за то, чтоб газовая труба качала топливо в нужную сторону.

И на самом деле, вероятность третьей мировой — очень велика. Посмотрите, что делает США, как эскалируется конфликт вокруг Юго-Востоке Украины, как в Бразилии приходят к власти нацисты, да даже в спокойной Германии нацисты снова хотели взять власть.

В России никогда не будет дня скорби 11го ноября — во всяком случае при капиталистах. Устроить день скорби — значит разъяснить нам, кто и за что погиб, а кто наварился на этом.

А на часах апокалипсиса, тем временем, 23:59.

Про русских военных на Донбассе

Спортс.ру продолжает удивлять своими материалами.

Сегодня меня поразил один пост: https://www.sports.ru/tribuna/blogs/innuendo/2114489.html.

Один из корреспондентов «Новой газеты» рассказывает, что русские военные, оказывается есть на Донбассе. Они там — без погон, в секретных командировках. Про них не рассказывают правительственные СМИ — их там, вроде как и нет. Ну и понятно, конечно же, что наши власти всегда лгут.

Но я бы хотел прояснить два связанных момента.

Во-первых. Нахождение наших военспецов на данном театре боевых действий, в том числе на оперативной работе, для людей соображающих — не секрет. Даже для тех, кто лоялен к Кремлю.

И во-вторых. Наёмники, ЧВК, и секретные командировки личного состава в зону БД — это реалии капитализма, характерные для всех капстран, ведущих локальные конфликты. Погибнуть за интересы правящего класса, но не гордо нося форму армии своего отечества, а оставаясь безвестным — в капиталистической парадигме. Проблема таких журналистских расследований, которыми занимается «Новая газета», заключена в попытке вылечить гнойные раны капитализма, оставаясь в капитализме. Но так не бывает. Альтернатива капитализму есть, и вы её знаете.

Такие дела.